Blog

Artem Lyashanov explains why major payment companies are joining multiple stablecoin initiatives instead of focusing on a single network.

While stablecoin projects compete to serve digital payments for businesses and consumers, the largest card networks have chosen to join several initiatives simultaneously. Artem Lyashanov, a Ukrainian fintech entrepreneur, investor, and payment system expert, examines the logic behind this strategy.

Why card networks are choosing multiple stablecoin alliances

Over the past two months, the largest card networks have announced their participation in several competing stablecoin initiatives.

Card networks are companies that manage the global infrastructure for processing bank card payments. The most well-known examples are Visa and Mastercard (as well as American Express, Discover, and China’s UnionPay).

• One aims to create a blockchain infrastructure for financial markets and settlements between autonomous AI agents;
• The other aims to build an open, low-cost stablecoin network in collaboration with a number of large tech and financial companies.

Both alliances are competing to become the foundational settlement layer for businesses and consumers.

What we’re seeing is a classic hedging strategy in an environment where the market hasn’t yet determined a winner, comments Artem Lyashanov. Companies of this scale can’t afford to stake their entire business on a single protocol or network that might fail to achieve critical mass.

A hedging strategy is an approach in which a company or investor simultaneously invests in several different, often competing, options to reduce the risk that a single bet will prove to be a losing one.

He points out that the official statements of the participants themselves confirm this logic. During a web presentation, McInerney, the top management of one card network, publicly stated that they do not plan to pick winners among stablecoins, but see their role as providing clients with secure access to any infrastructure that ultimately achieves mass adoption.

How Stablecoin Regulation Accelerated Partnership Growth

The accelerated growth of stablecoin initiatives coincided with the passage of a law in the US that created the first federal regulatory framework specifically for payment stablecoins.

The emergence of a clear legislative status has dramatically reduced regulatory uncertainty for large institutional players. Previously, many companies refrained from large-scale investments in this area precisely because of the lack of clear rules of the game, explains Artem Lyashanov.

According to his observation, after the law’s adoption, the number of such partnerships grew significantly faster than the previous year:

• Regulatory certainty reduced the legal risk for card networks;
• Large technology and financial companies began to form consortiums to jointly develop standards for the new infrastructure.

In essence, regulation didn’t so much create demand for stablecoins as remove the main obstacle for those already prepared to invest.

A Strategy Above Stablecoins. What Are the Benefits

One independent market analyst previously described the position of the largest card network as a stablecoin of stablecoins, an infrastructure that doesn’t compete with individual stablecoin issuers, but rather sits above them, connecting different networks.

This is a winning position precisely because the number of stablecoins on the market continues to grow, and the issue of interoperability between them is becoming increasingly pressing. A company that can connect various stablecoin networks to the existing global payment infrastructure monetizes not a specific token, but the very fact of market fragmentation, notes Artem Lyashanov.

He adds that card operators’ cross-border settlement networks give them an additional advantage:

Large card networks already have a well-established international settlement infrastructure. Integrating stablecoins into this infrastructure requires far less capital investment than any new player would have to undertake to build a comparable network from scratch, he says.

What does the card network strategy mean for banks and fintechs

For banks and fintechs that are just developing their stablecoin strategy, there is a practical lesson here, concludes Artem Lyashanov. Relying on a single stablecoin partner in the current market phase carries the risk of becoming locked into a network that will subsequently lose out in the competition for liquidity and user trust.

In his opinion, a more sustainable approach is to build integrations so that the company’s infrastructure remains compatible with multiple stablecoin networks, rather than being architecturally tied to a single one.

The stablecoin market has not yet consolidated, meaning flexibility is now more important than loyalty to a specific protocol, the expert concludes.

Как банкам обеспечить более быстрые и безопасные трансграничные платежи, не жертвуя доверием, комплаенсом и клиентским опытом? Именно на этот вопрос сейчас пытается ответить платежная индустрия, по мере того как искусственный интеллект (ИИ) проникает в маршрутизацию платежей, комплаенс и борьбу с мошенничеством. Артем Ляшанов, украинский финтех-предприниматель, инвестор и эксперт по платёжным системам, объясняет, что стоит за этим сдвигом и какие риски он несет.

Как ИИ уже меняет обработку трансграничных платежей

Интеллектуальная маршрутизация платежей, автоматизированный комплаенс, выявление мошенничества в реальном времени и расчёты по схеме account-to-account это уже не экспериментальные технологии, а рабочие инструменты, которые позволяют банкам обрабатывать платежи быстрее и эффективнее, чем раньше, говорит Артем Ляшанов.

Схема account-to-account (A2A, «счёт-в-счёт») это способ перевода денег напрямую с одного банковского счёта на другой, без посредников вроде карточных платежных систем (Visa, Mastercard) или наличных. 

По его словам, ключевое изменение произошло на уровне архитектуры принятия решений:

Раньше маршрут платежа, проверка на соответствие санкционным спискам и оценка риска мошенничества обрабатывались как отдельные, слабо связанные этапы. Сейчас ИИ-система способна принимать эти решения практически одновременно, опираясь на общий контекст транзакции, поясняет он.

Почему автономность ИИ требует нового уровня контроля

По мере того как агентный ИИ становится всё более автономным, то есть способным самостоятельно инициировать и выполнять многоэтапные действия без прямого участия человека, вопрос доверия, безопасности и регуляторного надзора становится критически важным, отмечает Артем Ляшанов.

Он выделяет конкретное операционное противоречие, с которым сталкиваются банки:

• ИИ-агент ускоряет обработку платежа именно за счёт минимизации ручного вмешательства;
• Но платежная инфраструктура работает в жестко регулируемой среде, где каждое решение должно быть объяснимым и проверяемым;
• Чем выше автономность системы, тем сложнее обеспечить полную прослеживаемость каждого шага.

Банк не может просто довериться результату, ему нужно понимать, как система пришла к этому решению, особенно если речь идет об отклонении платежа или срабатывании антифрод-фильтра, добавляет эксперт.

Роль токенизированных денег и новых платёжных стандартов

Токенизированные деньги (tokenised money) это представление денежной стоимости в виде цифрового токена на блокчейне или распределенном реестре, который можно передавать, отслеживать и программировать так же, как обычные данные, но при этом он остаётся привязан к реальной стоимости, валюте, депозиту или активу. 

Артем Ляшанов обращает внимание, что трансформация трансграничных платежей происходит не изолированно, а на фоне параллельного развития нескольких смежных технологий, стейблкоинов, цифровых валют центральных банков и единого стандарта финансовых сообщений ISO 20022.

Токенизированные деньги и защищённые платёжные рельсы способны снижать издержки на трение в транзакции и улучшать управление ликвидностью. Но их реальная ценность раскрывается только в связке с интеллектуальной автоматизацией, которая умеет выбирать оптимальный маршрут и инструмент расчета для конкретной транзакции, комментирует Артем Ляшанов.

Он подчеркивает, что переход на единые стандарты сообщений играет здесь не менее важную роль, чем сами платежные инструменты:

Без общего структурированного формата данных ИИ-системе попросту не с чем работать. Стандартизация данных это фундамент, на котором строится вся автоматизация принятия решений в платежах, поясняет он.

Как устаревшая банковская инфраструктура адаптируется к новым требованиям

Один из главных практических вопросов для отрасли, как банки с устаревшей инфраструктурой могут внедрять ИИ, одновременно соответствуя всё более сложному глобальному регулированию, говорит Артем Ляшанов.

По его оценке, здесь нет универсального решения:

• Часть банков выбирает поэтапную модернизацию отдельных модулей, сначала комплаенс и антифрод, затем маршрутизация;
• Часть подключает ИИ-слой поверх существующей инфраструктуры через специализированных провайдеров, не переписывая ядро системы полностью;
• В любом случае процесс требует параллельного пересмотра внутренних процедур управления рисками, а не только замены технологии.

Модернизация инфраструктуры без пересмотра моделей контроля создаёт иллюзию прогресса, но не решает базовую проблему, банк просто быстрее делает то же самое, а не делает это иначе и безопаснее, резюмирует Артем Ляшанов.

Штучний інтелект (ШІ) дедалі очевидніше виходить за межі суто технологічної теми, як обсяг капіталу, що спрямовується в ШІ-інфраструктуру, вже впливає на інфляцію та глобальні ринки капіталу. Артем Ляшанов розповів про те, що ці процеси означають для фінансового сектору.

Наскільки великі зараз інвестиції в ШІ-інфраструктуру?

Масштаб капіталу, який зараз спрямовується в чипи, дата-центри, енергетику та спеціалізовані кадри, вже формує самопідсилюваний цикл попиту на напівпровідники, хмарні потужності й електроенергію одночасно, каже Артем Ляшанов.

За наявними оцінками, орієнтир такий:

• Протягом 2025 року провідні технологічні компанії сукупно спрямували приблизно 300 млрд доларів на розвиток ШІ-інфраструктури;
• На 2026 рік прогнозовані капітальні видатки найбільших гіпермасштабувальників сягають близько 720 млрд доларів;
• Окремі провідні постачальники хмарних послуг фіксують зростання ШІ-виручки понад 120% рік до року.

«За моєю оцінкою, це вже не історія про окремі технологічні компанії це історія про новий макроекономічний цикл, який зачіпає постачальників чипів, енергетичні ринки і, зрештою, споживчі ціни», додає Артем Ляшанов.

Чому ШІ-бум уже позначається на інфляції

Хвиля інвестицій уже проходить крізь інфляційні показники, і це видно не тільки в технологічному сегменті. Ключові цифри:

• Ціни на комп’ютерне програмне забезпечення й аксесуари зросли майже на 14% за 12 місяців, розвернувши багаторічний спад;
• Оптові ціни на електронні компоненти піднялися на 28% за той самий період;
• Імпорт комп’ютерів у США більш ніж подвоївся в першому кварталі 2026 року, сягнувши близько 93 млрд доларів;
• Імпорт напівпровідників зріс на 40%, а комп’ютерних аксесуарів на 37% рік до року.

Наскільки можна судити з цих цифр, поточна фаза ШІ-буму є однозначно проінфляційною. Питання не в тому, чи є тиск на ціни, а в тому, як довго він триватиме.

Чи стане ШІ дезінфляційним фактором у майбутньому

Є й протилежний сценарій. З часом ШІ може стати дезінфляційним чинником, за рахунок автоматизації та зростання продуктивності, які компенсують витрати на працю й капітал. Але цей перехід буде послідовним, а не миттєвим, пояснює Артем Ляшанов.

Він звертає увагу, що це створює складне завдання для центральних банків:

• Короткостроково доводиться реагувати на проінфляційний тиск від капітальних витрат і попиту на компоненти;
• Середньостроково потрібно враховувати потенційний дезінфляційний ефект від автоматизації;
• Рішення щодо ставок ухвалюються в умовах, коли обидва ефекти накладаються один на одного.

Це саме той випадок, коли монетарна політика має орієнтуватися не на миттєву картину, а на траєкторію, інакше є ризик або передчасно послабити політику, або надто довго стримувати економіку, яка вже змінює структуру, зазначає експерт.

«Ймовірно, найголовніший висновок для фінтех- та інвестиційних компаній це те, що ШІ-цикл більше не можна розглядати ізольовано від макроекономіки. Він впливає на вартість імпорту, енергетичні витрати, інфляційні очікування і, відповідно, на рішення центробанків щодо ставок», резюмує Артем Ляшанов.